Котобар «Депрессняк»  - Стелла Грей

Но, стоило подумать обо всем этом, снова становилось смешно. Холодный и слишком откровенный Осборн ставил меня на место буквально по щелчку пальцев, постоянно напоминая, ху из ху в нашем дуэте. Я – милая бедняжка, а он – аристократ с обязательствами. И все.

И все!

Я повторяла себе это часто. Чтобы запомнить. Чтобы перестать ловить на себе его странные взгляды и неправильно их расшифровывать.

Мы заигрались, и я была тверда в своем намерении покончить с этим, когда Бенедикт распахнул дверцу своего дорогого авто и протянул мне руку.

– Обещай, что все расскажешь, как можно быстрее, – попросила, опираясь на предложенную ладонь.

Бенедикт быстро кивнул, переложил мою руку на свою, согнутую в локте, закрыл авто и повел меня к дому. Молча, погруженный в собственные мысли, он шел неосознанно, накрыв мои пальцы второй рукой. И я вдруг представила, как мы смотримся со стороны – милая пара, прижимающаяся друг к другу. Словно в ответ на мои мысли, качнулась занавеска в одном из нестандартно-больших окон слева от входа. Мы явно не остались незамеченными.

– Бенедикт, – шепнула я, – не слишком ли мы сладкая парочка? Вроде как нам наоборот нужно показать, что все плохо.

Он повернул голову, улыбнулся, похлопал меня по руке, вцепившейся в его локоть и ответил:

– Просветить нужно только моего отца. И мать. Остальные могут остаться в приятном неведении, и позже узнать, что у нас не сложились отношения. Расслабься, Маргарет, я все устрою.

Да, уж, расслабишься тут. Будь я более эмоциональной натурой, наверняка бы забилась куда-нибудь в приступе панической атаки. Мы как раз проходили мимо ужасающе огромного розария, когда в голове мелькнула мысль, может понюхать цветочков и больничку?!

Но Беня словно раскусил мои мысли и ускорил шаг.

На пороге нас уже встречали.

Дворецкий, чьего имени от волнения я не запомнила, и миссис Осборн с мужем.

То, что это именно отец Бенедикта, стало понятно сразу, едва почувствовала на себе его прожигающий взгляд. Похоже меня ненавидели просто из-за факта моего существования.

Выдавив самую вежливую улыбку, я напомнила себе, что наживать врагов вызывающим поведением, будет весьма опрометчиво.

– Приятно познакомиться, мисс Новикова, – соврал мужчина мне в глаза, а я поняла откуда у Бени столько ненависти к человечеству.

Походу это наследственное. Осборн старший был злюкой в квадрате, что в купе с льдистостью матери моего «фиктивного жениха», давало просто ядерную смесь.

– Мне тоже, лорд Осборн, – пискнула я, готовясь здесь и сейчас, что меня засыпят гадостями прямо с порога.

Но не угадала, хозяева особняка пригласили пройти в гостиную, где скоро и состоится ужин.

– Если я буду весь вечер молчать это будет слишком подозрительно? – шепотом спросила я у Бенедикта. – Просто я совершенно не представляю, о чем говорят на таких мероприятиях.

– Если не будут спрашивать, то конечно молчи, – милостиво разрешил владелец котобара. И на секунду я даже поверила, что мне удастся отсидеться весь ужин, прикинувшись ветошью.

Но засада ждала сразу у стола.

Карточка с моим именем оказалась впритык с матерью Бени.

Сам он хоть по раскладке тоже сидел рядом, но немало удивился такому положению.

– Надеюсь, она не подсыплет мне яду, – пробормотала я, и уже через десять минут пожалела о своих мыслях.

Потому что лучше бы яду.

Стоило гостям собраться за столом, прозвучала приветственная речь отца Бенедикта, и в ее завершении встала миссис Осборн:

– Давайте оставим все официальные события за стенами этого дома. Сегодня мы собрались по другому поводу. Да, Маргарет?!

Я закашлялась, испуганно глядя на Бенедикта. Он ведь обещал спасать ситуацию, но где там. Ледяная женщина проявляла удивительную турбо-скорость в своей речи.

– Конечно рано пока заявлять официально, но мы все верим в благополучный исход, – бодро вещала она. – Ведь годы идут, и вопросы продолжения рода стоят как никогда остро.

Словно мне во спасение, в гостиную вошли слуги с первой подачей блюд. Мать Бенедикта наконец уселась, но лишь для того, чтобы приговаривать мне на ухо:

– В этом салате много витаминов. Я уже проконсультировалась с доктором, и с завтрашнего дня, ты, милочка, садишься на специальную диету. Я разузнала о твоем студенческом образе жизни, и до сих пор в ужасном шоке. Нерегулярное питание, работа по ночам, фаст-фуд…

– Но я не… – я только попыталась ей это шепнуть, но похоже это было бесполезно.

– И твои родители меня полностью поддержали, – добила мисс Осборн. – Кстати, они на тебя в дичайшей обиде, за то, что утаила свое положение.

Дыхание в груди сперло, а к горлу подкатил ком тошноты. Вот только причиной тому были мои нервы.

– Мои родители? – просипела я.

Даже голос куда-то предательски исчез.

– Разумеется, я была обязана познакомиться с ними…

Я зажала себе рот руками, чтобы не высказать все, что я думаю об этой лордовской семейке.

Боже! Бедная моя мама. А папа?! Мне даже подумать было страшно, что они испытали, когда эта женщина заявилась к ним на порог с новостями о моей беременности.

– Милая! – забеспокоилась хозяйка банкета, неверно растолковав мой жест. – Тебя тошнит?! Бенедикт, немедленно отведи Маргарет в уборную.

Сидевший до этого истукан-истуканом любитель котиков, наконец встрепенулся и, действительно, подхватив меня под руки, поводок к ванной.

Стоило нам вдвоем оказаться за закрытой дверью, как я набросились на мужчину с кулаками, диким шепотом извергая на него проклятия.

– Ты ведь знал, – шипела я. – Не мог не знать, что мои родители уже в курсе и все равно молчал.

– Ты и так была на взводе… Не хотел волновать еще больше.

– Что? – взвилась я. – Только не надо прикрываться заботой обо мне. Оставь этот спектакль для Роу. Тебя же ничего кроме кошек не волнует! – я выплескивала то, что накипело и каждую фразу закрепляла ударом кулака. – Ты хоть представляешь, что подумали мои родители? Как я им завтра в лицо посмотрю?! Что скажу?

Немая пауза повисла в уборной. Я смотрела на окаменевшее лицо Осборна, по которому гуляли желваки, и понимала – не жалею ни об одном сказано слове.

– Скажешь, что подрабатывала лгуньей, – наконец мне в тон прошипел он. – Зарабатывала деньги и весьма немалые. Думаю, твои родители даже будут гордиться! Заработала на шмотки, побрякушки-развлекушки.

После этих слов Беня еще и оплеуху от меня схлопотал.

– Придурок! – в сердцах выплюнула я. – Если твой взгляд настолько узок, мне тебя жаль! Не все идут работать, жертвуя учебой, только ради развлекушек!